|
Страница 1 из 17
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ Картина четвертая 1762 год Шлиссельбургская крепость. Каземат. При свете коптилки Иван сидит за столом перед раскрытой Библией. И перед ним оживает картина из Откровения Иоанна Богослова. Иван (читает) «Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была – так, как и ночи». Видение пропадает. В темноте при свете коптилки проступает каземат. Дверь бесшумно открывается. Видение принца Антона Ульриха и принцессы Анны Леопольдовны. Из-за ширмы выходит Иван, с цепями на ногах. Ульрих Иван, мы с матерью пришли тебя Проведать. Так скучаешь ты о нас!.. Анна Сынок, я в Холмогорах умерла. Меня в Санкт-Петербурге погребли, С царями, в Александро-Невской лавре. Жду, когда ты придешь ко мне. Молюсь Здесь за тебя… Иван А можно — на том свете? Анна Умерший молит Бога — за живых, Как молятся живые – за умерших. Ульрих Из-за правления ее худого Расплачиваешься ты столько лет. Анна Но трудно управлять такой пространной Страной. Ее престол тюрьмы не легче. Ульрих Как Анна умерла, один остался Я с малолетними детьми в остроге. Ты жил со мной за стенкой в Холмогорах Двенадцать лет. Оба И я о том не знал! Ульрих Ты осознал себя уже в темнице. И заточенье не могло влиять Так разрушительно, как на меня. Ведь я развился в свете, на свободе… Иван Но ты, отец, сидишь не в одиночке!.. Ты расскажи о сестрах и о братьях. Ульрих Екатерина – ты ее застал, Елизавета, Петр и Алексей, - Все – имена российских государей… Тюрьма уничижает самодержцев. Все сестры-братья выросли в неволе. Осанисты, как принцы, только робки И инфантильны – равны малым детям. Власть не заботилась об их здоровье, И все они припадками страдают. Ты не катаешься по полу с криком? Иван Я все могу, иначе бы не выжил. Ульрих Мир человечьих радостей простых Погиб для них навек. Иван Как вы живете? Ульрих Когда тепло – работаем в саду. Со стражей мы катаемся в карете, Церковные читаем книги, в карты Играем. А принцессы шьют белье. Иван А я из каземата – ни на шаг. |
Пьесы 
